Тай и Бирма, день 11, буддийский монастырь

По поводу Yomi 2 в любимой Лоньке было написано, что на нижнем этаже вы можете познакомиться с пушистыми друзьями. Речь о крысах. Поэтому я спал не так напряженно, как в Эвересте, но все равно немного чутко. Все было тихо – ни шорохов, ни попискиваний.

Утром Вероника осталась в гостинице намываться, а я отправился добывать связь. В отчетах побывавших тут людей расписывались ужасы тоталитарной Мьянмы в виде отсутствия сотовой связи. Хотя в некоторых отчетах проскальзывало то, что симку иностранцу все-таки приобрести возможно, но с большими трудностями. Через метров 200 от нашего отеля я нашел один магазинчик сотовых, где молодой продавец на мой быстрый вопрос – «У вас есть симки?» ответил «Есть!» и быстро продал одну симку. Я говорю – «Мне нужна еще одна», он как-то замялся и сказал, что надо зайти через 2 часа. Когда мы зашли через два часа, там был не только мальчик, но и более старшая женщина, которая сказала, что нам очень повезло утром купить симку и больше симок нет и не будет. А ближайшие места, где можно найти симку она тоже не знает. Возможно, молодой продавец сделал какую-то ошибку, продав иностранцу сим-карту. Вторую симку в результате мы купили где-то еще, я уж и не помню где.

Позавтракали мы в той же «европеизированной» кафешке несомненным гамбургером и затем отправились на встречу с Каном, который обещал нам показать внутренний быт буддийского монастыря.

В назначенное время мы были на месте – у подножия золотой лестницы, ведущей к одной из тысячи янгонских пагод. Место вполне безлюдное. Прождали минут 15 Кана и уже начали беспокоиться иприкидывать, как провести день.

Но тут к нам подошел человек в гражданской одежде,  сказал, что Кан задерживается и он просил нас подождать его вон в той чайной через дорогу. Мы сказали, что совершенно даже не вопрос и переместились в чайную. Посыльный определил нас за столик и куда-то ушуршал. В чайной скучал бармен-хозяин, больше никого не было. Бармен принес нам чашки и термос с чаем. Как я понимаю, сам чай имеет фиксированную цену – типа как «пили чай», при этом неважно выпил ты одну чашку или три термоса. Кана мы ждали еще минут 20, наверное. При этом был интересный момент. Я подошел к стойке обслуживания – не помню уж зачем, чего-то купить – и тут бармен на ломаном английском и говорит: «А не провожатого ли в монастырь вы ждете?», а я и отвечаю – «Его самого. А что?».

— Он не официальный гид, — говорит бармен.

— И что?

— Он берет деньги.

— Но он показывает монастырь?

— Да, но он не официальный гид, у него нет разрешения.

Читать, наверное, это непонятно – чего тут странного, если человек что-то делает за деньги даже без разрешения. Но в чужой стране чужие правила, там всегда надо держать руку на пульсе. Короче, я был предупрежден.

Через некоторое время появился Кан в сопровождении какого-то ветхого вида дедушки. Кан представил дедушку, как своего учителя английского и сказал, что дедушка нам сейчас покажет медитативный центр, а у самого Кана есть неотложные дела в монастыре и он встретит нас уже там. Мы согласились и соизмеряя шаг с дедушкой пошли к медитативному центру.

Медитативный центр представлял собой комплекс зданий, состоящий из зала (или залов – мы были только в одном, правда) для медитаций, гостиниц (непременно мужской и женской), столовой и жилищ для просветленных. Реально, были там гостиницы для паломников и учащихся, гостиницы для высокопоставленных монахов и жилища для самых-самых просветленных. Ажно три класса иерархии. Только вот не как у цивилизованных людей, где решают деньги, а как на Востоке – для «просветленных».

Дедушка проводник привел нас в зал для медитаций. Это был обширный воздушный зал с деревянным полом и там находилось человек 50 женщин (по-моему, мужчин не было в тот момент), которые сидели, стояли или ходили. Дедушка рассказал нам, что медитировать можно совсем по-разному – сидя в позе лотоса, стоя или даже шагая маленькими шажочками вперед. Все это действительно сильно напоминало школу. На передней стенке зала было место главного наставника, по стенам были развешаны фотографии более ранних главных наставников. Мы немного посидели-помедитировали, потом походили вокруг, потом пошли дальше – собственно в монастырь.

По дороге я спросил нашего дедушку — правда ли то, что нам нужно заплатить им с Каном какие-то денежки, дедушка подтвердил и сказал, что обычная цена – 20 долларов.

На выходе с территории медитативного центра к нам подоспел Кан. Объединившись мы зашли в монастырь. В монастыре нельзя ходить в обуви – даже по земле. Проходя через небольшую калитку, Кан сказал, что нам нужно взять обувь в руки.

Kyauktawgyi. Монастырь этот представляет собой интереснейший конгломерат. Монастырь это: жилища монахов, храмы для молитв, больница (с хирургическим отделением!), детский дом, дом для престарелых,  общежитие… Думаю, этим социальные роли не исчерпываются.

Жилища монахов – большие бараки, разделенные занавесками и москитными сетками на незапирающиеся «комнаты». В «комнатах» кровати, полки с книгами, хозяйственные вещи всякие, картины.

 

 

Время было рабочее, поэтому в жилищах мы встретили всего трех монахов. Один был молодой и веселый, правда, увы, по английски не говорил, мы с ним общались через Кана. Любознательный был юноша, все выспрашивал про Россию, как у нас люди живут. Второй встреченный монах был менее разговорчивый, пожилой и занятый важным делом – тер на терке (сделанной из ореха) какой-то овощ. Кан сказал, что это великий врач, известный на всю Мьянму. А натирает он овощ – это он делает лекарство для какой-то женщины, которая находится в больнице монастыря для операции по поводу какой-то женской болезни.

Вдумайся, читатель!

Женщина!

Находится в больнице монастыря!

Для операции!

И монах-врач, сидя в позе лотоса, натирает для нее на своих коленях ингредиент для лекарства на терке из ореха!!!

Это средневековый отвал башки! Один из двух моментов в Мьянме, которые меня потрясли по уровню цивилизации. Второй был по поводу угольных шахт в момент трека, о чем речь будет дальше.

Третий монах просто сидел у себя в «комнате и приветливо помахал нам ручкой, когда мы проходили мимо. Ничего особенного, кроме его добродушия, я о нем сказать не могу.

Храм. В какой-то момент Кан и дедушка сказали нам, чтобы мы поднимались вот по этой лестнице и мы окажемся в храме с большим лежащим Буддой. Сами Кан и дедушка не могут идти с нами, ибо в  храме полицейские могли увидеть нас с нашими провожатыми – а это нельзя. Нельзя местным разговаривать долго с иностранцами. Сами наши провожатые будут нас ждать внизу лестницы.

Храм оказался не совсем храмом – наверное, это изначально была площадка на холме, на которой лежал Будда под открытым небом, а потом уже над ним возвели громадный навес от солнца и дождя.

Опять кафель – и опять босиком. Будда реально огромный. Перед его грудью готовился какой-то праздник, вроде как день принятия в монахи или что-то подобное. Готовились россыпи фруктов и конфет. Мы обошли Будду кругом. Подивились на расписные стопы – не стопы, а таблицы Excel с символами!

Интересная традиция – выставлять статуи бывших настоятелей или выдающихся монахов в стеклянных аквариумах.

Мы спустились обратно, нашли Кана и пошли дальше.

Следующими на нашем пути попались два пожилых монаха, сидящих на скамейке и греющихся на солнышке. Они подозвали нас к себе, спросили у Кана кто мы такие и откуда, мы друг другу поулыбались. Они знаками спросили – как тут оказалась Вероника, я объяснил, что она со мной, супруга. Монахи сказали, что надо ее отправить из монастыря, а самому остаться тут. Смешно было, короче.

Потом мы дошли до домика настоятеля монастыря и познакомились с ним. Похож очками на Далай-Ламу. На фотке он с коробкой печенья. Настоятель отдал часть своего домика, больше похожего на какой-то музей, под нужды больницы – там на кроватях лежали больные. Больница немного средневековая, лекарства натуральные, ну и молитвы, молитвы, молитвы. Сами видите, что это все равно похоже на музей, а не на больницу. Сам же настоятель живет в маленькой каморке в этом доме.

Множество построек в монастыре сделаны из тика, им больше 300 лет, чем монахи очень гордятся.

Детский дом. Да, монастыри в Мьянме выполняют и эту социальную функцию. В случае, если родители не могут прокормить ребенка – они отдают его в монастырь. Не знаю, как бывает с девочками, думаю, есть какие-то механизмы и в этом случае, но в монастырях Мьянмы огромное количество детей в виде мальчиков. Реально – лет с трех они уже ходят в монашеской одежде и что-то делают по хозяйству. Отдавая ребенка в монастырь родители могут быть уверены, что от голода он там не умрет, будет одет и обут. А, нет, обут не будет – монахи всегда и везде ходят босиком.

Дом престарелых – то же самое. Если некому заботится о старом человеке – его можно привести в монастырь и оставить там на попечение монахов.

Общежитие. На территории монастыря есть как будто небольшие деревеньки, где живут простые люди – они помогают в чем-то монахам, монахи помогают в чем-то им. Кан – один из таких людей, которые не монахи, но живут в монастыре. Кан студент, учится в ВУЗе в Янгоне, но не снимает квартиру, потому что нет денег, а живет в общем бараке с монахами, готовит им еду, стирает одежду и так далее.

Монахи встают в половину четвертого утра, после подъема у них молитва, потом работы, потом еда, потом снова работы, молитвы, еда, молитвы, сон. Едят два раза в день – в 6 утра и в 4 часа дня, насколько я помню.

Вся экскурсия по монастырю заняла у нас часа 4, но шок, конечно, великий получился – от 21 века в отдельно взятой Мьянме. После завершения экскурсии мы пошли обратно в ту чайную, где чайных дел мастер сказал мне о материалистических устремлениях наших провожатых. Там еще посидели, выслушали страстную речь Кана о том, что деньги они собирают не просто так, а на операцию на глаза дедушке, который очень несчастный – вся его семья погибла в ужасном урагане несколько лет назад в пойме Иравади (такой ураган действительно имел место в 2008 году и количество погибших действительно впечатляет  — 90 тысяч человек, 56 тысяч пропавших без вести). Короче, Кан уверял нас, что деньги они собирают ради благого дела. Мы поверили и даже подарили не 20, а все 30 долларов.

После раскланиваний и расшаркиваний с нашими приятными проводниками мы отправились пешком в гостиницу, собираясь проложить наш путь через парк Kandawgyi, в котором есть очень красивое одноименное озеро и на этом озере стоит очень красивая копия императорской ладьи. По дороге туда мы немного поплутали по очень своеобразным храмовым улочкам и храмам Янгона, но, спросив пару раз у местных дорогу (местные были очень рады нам помочь, хотя и указывали зачастую в разные стороны), вышли к парку и озеру.

Озеро Kandawgyi имеет очень сложную форму, поэтому виды в одноименном парке очень разные. Особо разгуливаться у нас уже времени не очень было, так что мы просто прошли мимо копии императорской ладьи, в которой нынче находится какой-то особо пафосный ресторан и обязательно сфотографировали далекий и красивый вид Шведагона на закате.

 

После чего дошли, наконец, до отеля, заказали такси до автобусного вокзала и немного хоть отдохнули.

На такси мы были не одни – таксист поехал нас отвозить с каким-то своим другом, с которым всю дорогу разговаривали о чем-то и громко смеялись. Иногда спрашивали нас о чем-нибудь, рассказывали нам чего-то, короче, о вежливости тоже не забывали. Таким образом добрались мы до загородного автобусного вокзала и там выяснилось, зачем нам друг водителя. Автовокзал представлял собой совершеннейших хаос из людей с баулами, сигналящих легковых автомобилей и пытающихся пробраться к перронам или выезду больших автобусов. На въезде на вокзал друг водителя выпрыгнул из машины и умчался в гущу этого хаоса. Мы подождали минут 7-10, друг вернулся, сказал, что нам надо к перрону номер какой-то – мы пробрались на машине туда, друг опять выпрыгнул, взял нам билеты, показал нам автобус, спросил, всем ли мы довольны, и, получив положительный ответ, они с водителем, дав напоследок 1001 совет о жизни в Мьянме, оставили нас с автобусом на Мандалай.

В автобусе были огромные кресла, чем-то напоминающие бизнес-класс в самолетах. Еще бы – это был бизнес-класс сообщения между двумя столицами Мьянмы! Короче, все было очень прилично – насколько прилично может быть в Мьянме. Только очень-очень-очень было холодно из-за кондиционера. Вообще, в Бирме кондеи везде работают на всю катушку. Среди ночи мы пару раз останавливались – один раз на поесть, один раз с санитарными целями. Поесть останавливались около, как водится, большого торгового центра, из которого ночью, понятное дело, работала только столовая. Есть в таких местах мы еще не решались тогда. Ну а рано утром, на рассвете, мы достигли Мандалая.

Тай и Бирма, начало                                  Тай и Бирма, день 10                                           Тай и Бирма, день 12

 

Добавить комментарий